Песнь Возлюбленному

Из книги «Удивительное житие и драгоценная смерть досточтимой сестры Розы Святой Марии из Лимы», авторства о. Леонхарда Хансена ОР. Глава ХVII, Пылкая ее любовь к Иисусу, жениху своему, 228-229.

Вскоре за тем, не придумав, каким образом утихомирить или удовлетворить сей пыл свой, она взяла гитару (на которой никогда не училась играть), которая по случайности висела рядом на стене, и стала сообразовывать силу голоса с мелодией струн, сладко напевая жалобные песни раненой любви, дабы всеми способами выражения показать Возлюбленному своему, как она Его любит. Однажды случилось так, что на гитаре полностью отсутствовали струны, и тем не менее Роза играла, более внимая звучащей внутри десятиструнной псалтыри с песнью (ср. Пс. 91:4). Казалось, благодаря этим невиннейшим песенным концертам Роза под стать Малышу – Любви своей – вновь стала дитятей и, позабыв все горести, уступила простодушной нежности глубинных чувств: сердце её кипело, и, не думая, что кто-нибудь рядом окажется свидетелем сего, она, хоть малость выпустив пар, утишала пыл духа. Однако случилось так, что восхищенная усладой, она не заметила домашних, что входили и выходили. Посему многие слушали из уст поющей следующие стихи, зарифмованные по-испански, которые я с грехом пополам попытаюсь перевести на латынь:

Хоть всех цветов и олив всех Ты всех краше, Иисусик,

А не чураешься общества Розы повядшей!

Изысканны были те выражения, в коих дева с вящей вольготностью величала своего Возлюбленного, Который отнюдь не отвергал бедную Розу, притом урождённую по матери Олива, а от отца – де Флорес, из чего явствует, что Он позволял ей столь нежную любовь. Можно ещё много привести подобных душевных излияний любящей Розы, воздыханий к Жениху в ответ на любовь Его, кратких стихотворений и, возможно, стоило бы записать их, но следует поспешать к вопросам ещё более важным.

Спутник и свидетель по-настоящему крепкой любви – ревность, и пыл оной Роза не могла скрыть в себе, и она разгоралась с великой мощью, едва лишь в личном кругу или на людях случалось что-нибудь, хоть в малейшей мере задевающее честь Божию, чего Роза, конечно, отнюдь не оставляла без внимания. Прежде всего её настолько возмущала праздная болтовня в церкви (грубый порок знати), что она при всей своей робости и бессловесности не могла удержаться, чтобы не призвать словоохотливых к должному приличию из благоговения к святому месту – так, впрочем, умеренно, смиренно, благоразумно, что казалось, будто она не укоряет, а умоляет. Дома все, сколько их ни было, члены семейства остерегались высказать при деве что-нибудь вздорное, опасаясь сурового суда Розы, когда она была ещё малышкой, ибо знали, что девочка, терпеливейшая в отношении ужасных и частых обид, наносимых ей самой, никак не могла снести лишь тех слов, кои по её мнению хоть чуть-чуть оскорбляли Бога. Она имела понимание этого с раннего детства; ибо когда прочая детвора по шумливости, свойственной грубому возрасту, либо говорили грязные слова, которых ещё не понимали, либо невинно повторяли похабные песенки, случайно где-то услышанные, Роза плакала, убегала, жаловалась матери на детские безобразия, сетовала о том, что оскорбляют Бога, и, поскольку иным способом не могла вполне исправить сего, наказывала себя саму горчайшими слезами.

Перевод: Константин Чарухин.

О чудесах, сотворенных Богом в Америке по заступничеству св. Людовика

Из книги о. Варфоломея Авиньоне OP, Житие св. Людовика Бертрана. Книга Первая, глава ХVIII (116-123).

Хотя о многих дивных деяниях, совершённых бл. Бертраном в Америке, мы уже рассказали, тем не менее, эту главу мы особо предназначаем на пересказ записей о чудесах, которые он в тех же краях творил как до, так и после своей кончины.

Христос сказал в последней главе Евангелия от Марка, что Его проповедники именем Его будут изгонять бесов, говорить на разных языках, отпугивать змей, а если примут яд, то останутся невредимы, и, наконец, больные, которых они коснутся своими руками, исцелятся (ср. Мк. 16:17-18). То, что эта благодать была дарована Богом Бертрану как равноапостольному проповеднику, ясно из многих примеров, которые мы уже привели, но ещё очевиднее станет из рассказанного в этой и следующих главах.

Дон Рафаэль Фигероа, проживавший среди индейцев, сообщил о распространённом среди них убеждении, что бл. Бертран для обращения любого из племенных старейшин в веру предлагал, как свидетельство истинности христианской веры и ложности индийских суеверий, осушить чашу с ядом, и выпивал её без вреда для себя. Слуга Божий и сам сообщил об этом отцу бр. Андрею Кабрерисо, добавив, что Бог часто творит такого рода чудеса через великих грешников в познание и во славу святого имени Своего.

Печь Божьей любви

Письмо CCCXXII, св. Екатерины Сиенской Джованни делле Челле из Валломброзы*

Во имя Иисуса Христа Распятого и сладостной Марии.

Дражайший сын и отец во Христе, сладостном Иисусе. Я, Екатерина, слуга и невольница слуг Иисуса Христа, пишу тебе в драгоценной Крови Его, жаждая узреть тебя разожженным в печи Божьей любви. В этой печи испаряется вода себялюбия, благодаря чему человек теряет себя, то есть – не ищет себя ради себя, но – ради Бога и не заботится о собственных удовольствиях. Любит ближнего на ради себя, но ради Бога, заботясь, как может, о его спасении. Любит Бога ради самого Бога, поскольку знает, что Он достоин любви, являясь Наивысшим в Вечным Благом.

Ох, сколь же добра матерь-любовь! Своей грудью она кормит детей, то есть – добродетели, посему никакая добродетель не может дать благодатной жизни, если она не рождена и не выкормлена любовью. Любовь – это также свет, рассеивающий тьму невежества, и позволяющий нам познать совершенную истину. Благодаря познанию – мы больше любим. Любовь – это риза, покрывающая нашу наготу, то есть ризой истинных и настоящих добродетелей, покрывающих нашу душу, лишенную добродетелей (а посему стыдящуюся своей наготы). Любовь – это пища, которая насыщает душу, и одновременно возбуждает в ней голод, ибо если бы голод не предварял трапезу, нельзя было бы ею наслаждаться. Так мы видим, что душа, питающаяся в печи этой любви, всегда алчет своей пищи, и чем больше есть, тем больший голод ощущает.

Сестра Гедраута фон Хаппург

Из книги Кристины Эбнер О непосильном бремени благодати, Глава VI. Святые насельницы обители Энгельталь, 7.

Одну сестру звали Гедраутой фон Хаппург (название местечка, восточнее Нюрнберга), она была весьма набожна, строго держалась правила Ордена и была праведным человеком. Как-то монахиню попросила одна из подруг детства, чтобы та поговорила с ней по окончании вечерней молитвы. Но Гедраута отвечала: «Найдется ли такой человек, ради которого я прервала бы молчание после вечерней молитвы?» Если монахиня не молилась, то вдохновенно рассуждала о Боге. Если была с мирскими священниками либо среди незнакомцев, то беседовала с ними о Боге столь сладкоречиво, что те начинали рыдать. В тот год, когда монахиня умерла, она всякую ночь поднималась и пела громким голосом. Если сестры спрашивали у нее, отчего Гедраута поет во сне, она отвечала: «У меня ликует душа, ибо к ней приближается вечная радость».

Мученики Кастельсерас

Церковь Рождества Богородицы в Кастельсерас

Кастельсерас – небольшой городок в провинции Теруэль, в Арагоне. Здесь не было доминиканского монастыря, была только приходская церковь, в которой служил отец Зосимо Искьердо Хиль. Здесь же находилась тюрьма, в которой свои последние дни провели наши мученики.

Современные испанские доминиканцы продолжают славную традицию Апостольских школ, и в наше время ведут целый ряд образовательных учреждений различных уровней, объединённых фондом FESD (Fundacion Educativa Santo Domingo). Одно из таких учреждений – Колледж Кардинала Ксавьера в Сарагосе, в часовне которого почитаются реликвии наших мучеников.