Из книги «Удивительное житие и драгоценная смерть досточтимой сестры Розы Святой Марии из Лимы», авторства о. Леонхарда Хансена ОР. Глава ХII, Духовная сухость и другие внутренние скорби, тревожившие святую Розу, 173-174.
Был некто, считавший, что Бог вёл деву по тернистым стезям св. Антония Великого, коего адские чудища преследовали жуткими образами. Однако то было борение, а не скорбь и не лишение сил. Есть мнение, что св. Екатерина Сиенская когда-то переживала то же самое, что и Роза; и о бл. Генрихе Сузо его житие, как известно, сообщает это. Очевидно, в некоторой мере скорби, подобные этим, постигают тех, чья чувствительная совесть страдает от глубочайших угрызений, когда душе кажется, будто небеса закрыты перед нею на запоры, Бог неприязненно отвернулся, ад разверз свой огромный зев, а [жить] осталось совсем чуть-чуть. Наконец, Розе с величайшей живостью, внушая мучительный ужас, представлялся суровый лик Христа на Вышнем суде, нахмуренный лик, самим бесам страшный, когда она помышляла, как Он вот-вот изречёт своё жуткое: «Уходите, проклятые» (ср. Мф. 25:41). Многоскорбной Розе казалось, что она видит это нахмуренное чело, слышит этот громоподобный глас, испытывает ужас, когда мучилась в часы своей богооставленности так, что после всех сравнений (впрочем, никогда не точных), не могла вымолвить ничего иного, кроме как: «Болезни ада окружили меня, сети смерти встретили меня» (Пс. 17:6).
Дважды от Розы требовали поведать о другой части сей драмы, то есть, как после такого рода мглы ей воссиявало светило; ведь невозможно, чтобы Жених оный нежнейший после столь жуткого и сумрачного затмения не ободрил и не укрепил замечательным образом душу, смирённую столькими скорбями. В ответ на это Роза предпочла бы либо промолчать, либо с помощью уловок и ухищрений перевести разговор на иную тему, но увидев, что уклониться не получится, прямодушно и искренне поведала (насколько ей позволял скудный запас подобающих слов [в человеческом языке]) о великих [делах] Божиих, выпавших ей на долю после прегорестных тягот: как в один миг она увидела себя вновь в единении, от коего отпала (или как ей казалось отпала); как внезапно почувствовала, что вся душа враз просветлела и воспламенилась. Впрочем, об этом более уместно рассказать в описании допроса, [коему посвящена] следующая глава. Между тем, остаётся лишь дивиться игре вечной Премудрости (ср. Вульг. Прит. 8:30), Которая ради приумножения плода души избранных так умерщвляет и оживляет, низводит в преисподнюю и возводит (1 Цар. 2:6).
Перевод: Константин Чарухин.
Отправить комментарий