Письмо CCLIX, св. Екатерины Сиенской Томасу из Альвиано*
Во имя Иисуса Христа Распятого и сладостной Марии.
Дражайший брат во Христе, сладостном Иисусе. Я, Екатерина, слуга и невольница слуг Иисуса Христа, пишу тебе в драгоценной Крови Его, жаждая узреть тебя верным слугой нашего Творца, ибо благодаря этой службе человек царствует вечно. Но Творец не дает вечной жизни тому, кто неверен, то есть тому, кто не имеет свет святейшей веры. А свет этот добывает око разума тогда, когда человек присмотрится к бесконечной благости Бога и увидит, что был призван к существованию с огромной любовью. Невыразимую любовь Божью мы видим также в Его Единородном Сыне, который силой своей Крови сотворил нас заново для благодати, которую мы потеряли по своей вине. Бог сотворил нас из любви по своему образу и подобию, а потом из любви дал нам своего Сына, чтобы нас вернуть назад. Творя нас заново в Крови своего Сына, хотел нам показать свою истину и свою волю, хотел нам сказать, что не хочет ничего кроме нашего освящения. Истина же такова, что Бог сотворил нас действительно для того, чтобы мы участвовали в Его блаженстве и достигли вечного созерцания Его. Однако эта истина была затемнена и не являлась человеку по причине греха Адама. Тогда Бог, желая указать нам эту истину, заставленный любовью к нам, отдал нам то, что имел наиболее ценного – своего Единородного Сына. Ему Он повелел призвать человека к послушанию и привести от смерти к жизни. Бог хотел, чтобы дитя рода людского заново родилось в Крови, и никто не может иметь плод Крови без света веры. Именно поэтому Христос сказал Никодиму, что мы должны снова родиться, чтобы войти в Царство Божье (ср. Ин 3,5-7). Христос хотел нам показать, что Отец Вековечный повелел Ему зачать из любви дитя рода людского и родить его в мир на древе Святейшего Креста с истинным послушанием, а также ненавистью и отвращением ко всему, что оскорбляет Отца.
Это милое Слово поступило так, как орел, который летает высоко, почти возле солнца, а когда с этой огромной высоты заметит добычу, слетает на землю, хватает свою добычу, а потом пожирает ее на высотах. Точно так Христос, наш орел, кружит высоко, вокруг солнца вечной воли Отца и видит, как Его творение оскорбляет и восстает против Него. С этой высоты замечает на земле пищу, которую должен съесть. Поэтому, снижается и послушно поднимает пищу с этой презренной земли, на которой богохульства, подлого непослушания и бунта против Бога. Христос хочет, чтобы человеку явилась истина Отца, хочет вернуть человеку милость, освобождая его из неволи сатаны (а неволя эта причиняет вечную смерть) и принимает его снова на службу у Отца. Когда уже поднимет пищу с земли, замечает, что не может съесть ее внизу, что не может на земле вернуть человеку его первичное послушание. Поэтому возносится со своей добычей высоко, на Святейший Крест и там ее съедает с неописуемо болезненной жаждой. Отдает побоям и бичеванию свое тело, чтобы совершить покаяние за наши преступления, и делает это из ненависти ко греху. Жаждая, чтобы человек возлюбил добродетели, приносит Отцу жертву своей Крови, и жертва эта принимается.
Посмотри, брат, как высоко повис Христос в боли и позоре, среди оскорблений, обвинений, грубости и жестокости, напоенный обидами и пресыщенный поношениями (ср. Плач 3,30). Наконец, умер от жажды и голода, чтобы нас спасти. Так вот любящий Агнец съел свою добычу. Однако Он сам сказал: «Когда буду вознесен от земли, всех привлеку к себе» (Ин 12,32). Человек, рожденный заново в Крови Христа Распятого привлечен к любви Христа Распятого, если только слушает свой разум, а не теряет его по причине любви к собственной чувственности. Когда сердце схвачено любовью своего Благодетеля, человек полностью принужден к любви, то есть: сердце, душа, чувства и все движения духа, так как любовь эта охватывает все силы души, которые относятся к духовному порядку. Так и память притягивается силой Вековечного Отца и должна признать полученное от Него благодеяния и сохранить их с любовью и благодарностью. Разум же, благодаря премудрости Непорочного Агнца, видит, что все дела Божьи – справедливы (ср. Тов 3,2). Ибо если Бог позволяет на что-либо, то делает это с любовью, а не с ненавистью. Все, что Бог ниспосылает, прибыли или утрату, освещенный премудростью человек принимает с любовью и с любовью осуждает. Если бы премудрость Бога хотела чего-либо плохого, Его Сын не отдал бы за нас жизнь. Душа, освещенная светом веры, не нарекает ни на какой труд, но успокаивает свои чувства, которые хотели бы жаловаться. Не только не нарекает, но еще и относится с уважением к страданиям и трудам, радуется, что может страдать за свои грехи, уподобляясь таким образом Христу Распятому. Если же человек такой достигнет успеха, получит пост или приобретет временную власть, то трактует это все с упорядоченной любовью, ревностно и без какого бы то ни было рабского страха соблюдает истинную и святую справедливость. Ибо он вознес око своего разума к премудрости Сына Божьего и узрел великое изобилие справедливости. Узрел, что Сын Божий, не желая оставить преступление не покаранным, воздал за него своей человеческой природой, которую принял от нас. Тогда в человеке рождается чувство, направленное к любви, которую око разума узрело в Боге. Благодаря же этому он получает благодать Духа Святого и наслаждается нею. Человек, наполненный любовью и жаждой Божьей может любить ближнего братской любовью, а не себялюбием. Если бы он поддался себялюбию, перестал бы слушать разум и поступать справедливо по отношению к себе и к своему ближнему. Благодаря благодати Духа Святого сердце человека возносится к Богу свободное от тяжести себялюбия, а сам человек становится справедливым и верным слугой своего Творца. Точно так же возносится ввысь все, что человек любит, ибо любит он ради Бога. Такой человек мил Богу не смотря на то, в каком он находится положении, независимо от того, исполняет ли он власть, владеет ли богатствами и мирским почетом, живет ли он в супружестве или в целибате, имеет ли детей или нет. Всегда нравится Богу, поскольку любит любовью, которая приближает его к Богу и соединяет с Ним. Первая милая Истина поучает нас, что Бог пребывает в сердце человека, который упорядочил три силы своего духа**, соединил их и вознес на вершины любви. Посему память свою приспособил к сохранению даров и милостей Божьих, разум – к пониманию воли Божьей при помощи премудрости Его Сына, а волю – для любви с помощью милой любви Духа Святого.
Все это мы должны принимать во внимание, когда слушаем слова нашего Спасителя, который сказал: «Где двое или трое, или больше собираются во имя мое, там и Я среди них» (ср. Мф 18,20). Можно это понять таким способом, что Христос имел в виду упомянутое только что соединение трех сил души или собрание слуг Божьих в одном месте. Обрати внимание, дорогой брат, что собирает нас вдвоем, втроем или больше. О трех элементах мы уже говорили, а под двумя – можем понимать любовь и святую жажду Бога. Любовь всегда соединяет, ибо если бы человек не любил, его память не была бы склонна принять и сохранить, разум не был бы способен узреть и постичь, а воля – не могла бы возбудить Божьей любви. Когда человек соберет уже все это сокровище, святой страх становится на его страже и не позволяет ворваться в город души врагам, то есть смертным грехам. Согласно святому закону Божьему, данному Моисею, который основан на страхе, первым и наиважнейшим чувством является любовь. Закон этот Бог дал человеку, чтобы он предостерегал его от совершения злых поступков. А потом явилось милое и любящее Слово и дало нам закон любви не для того, чтобы отменить старый закон, но, чтобы его исполнить (Мф 5,17). Страх не давал нам жить. Посему Воплощенное Слово примирило и воссоединило закон любви с законом страха, и сделало это так хорошо, что несовершенное превратилось в совершенное. Посему мы должны исполнять оба закона, поскольку они очень тесно соединены и тот, кто не хочет быть отлученным от Бога, не может иметь только одну добродетель или исполнять только одну заповедь (мы ведь всегда говорим о десяти заповедях), так как они все вместе обеспечивают нам жизнь благодати. Кто же их разделит, не будет иметь Бога в душе. Ведь Христос сказал «где двое», а не «где один», ибо один, всегда остается одиноким, никогда не придет к числу трех. Душа должна прежде всего иметь две добродетели: любовь и страх Божий, а потом легко придет к соединению всех трех сил души. Ибо любовь – столь совершенная и мощная добродетель, что поддерживает жизнь трех, и даже больше добродетелей и сил. И поэтому говорит: «двое, трое или более собранных во имя мое». Благие и святые поступки разумного творения заключаются в том, что все они обращены к Богу. Даже если бы это были дела преходящие, как занимаемый пост, управление государством, жизнь в семье с женой и детьми, что как кажется, относится только к миру преходящему, все это должно быть направлено к Богу, если душа приняла в качестве главного жизненного принципа соединение своих сил и добродетелей во имя Бога. Такой человек прекрасно знает, что Бог не дал ему в этой жизни ничего, что мешало бы спасению, но дает ему все то, что является инструментом совершенствования в добродетелях и помощью в лучшем познании собственной нищеты и Божьей благости.
Когда человек поймет это все, тогда никогда не нарекает на своего Творца. Ибо не может жаловаться ни на Него, ни на творенье, только на себя самого, ибо это он сам восстает против Творца и смердит смертным грехом. Не может нарекать на Бога, который создал его столь сильным, что ни сатана, ни творенья не могут его от Бога отделить. Очень часто оскорбление, нанесенное ему другим человеком, позволяет ему приблизиться к Богу, если только он не слушается собственной чувственности, не пылает гневом, но упражняется в добродетели терпения. Именно тогда видно, что человек воистину любит своего Творца, а сосуд его души все более наполняется благодатью. Не может он также нарекать, если творенье совершит бесчестие по отношению к нему или склонит его к недостойным поступкам и бесчестной жизни. Повторяю, что человек не должен нарекать по этой причине. Ибо если он подвержен упадку из-за собственной слабости или призыву другого человека, то всегда может сопротивляться, призывая на помощь разум и позволяя опьянить себя чудесному аромату целомудрия. Как только человек почувствует, что приближается атака той или иной слабости, пусть обнажит меч любви и святого страха Божьего. Пусть также обратит око разума к своей памяти, где хранятся все благодеяния Божьи, и пусть любит Бога, воздавая Ему честь и прославление. Благодарность угасит огонь гнева, уничтожит вожделение, несправедливость и все другие пороки. А особенно опасна несправедливость. Если человек, занимающий высокую должность или исполняющий власть, не имеет в себе добродетели истинной справедливости, впадает во множество неприятностей. Ибо поскольку не обращает очи к Богу, то правит с себялюбием, неупорядоченной любовью, которая так отравляет душу и закрывает свет, что человек не понимает и не видит ничего кроме вещей временных и чувственных, оценивая волю Божью своей собственной и волю людей по тому, что плохо, а не по тому, что хорошо. Любовь, о которой я говорю, отнимает у человека жизнь благодати, и приносит ему смерть. Даже поступки ведут его только к смерти, ибо действует он согласно тому, что нравится людям, а не согласно разуму. Охваченный рабским страхом утраты своего положения, он не поступает справедливо.
Ох, сколь же опасна эта коварная любовь! Она – закон сатаны, который дал его сперва Еве, а потом Адам воплотил его в жизнь и соблюдал. А ведь это был дьявольский закон любви и страха. Однако, Первая милая Истина вызволила нас, бросив на землю и растоптав этот коварный закон. Посему сейчас человек не должен его соблюдать, чтобы ни происходило. Если хочет, может, конечно, принять этот закон согласно своей свободной воле, но оно ему не навязано силой. Искупитель дал силу и вырвал из неволи греха каждое разумное творение. Должен очень устыдиться всякий, кто не подражает Ему в совершенной любви, любя Его всем сердцем и всею душой. Должен стыдиться каждый, кто не следует за Искупителем в свете живой веры, которую око разума находит и восхищается им. Должен стыдиться каждый, кто не рождает живых детей поступков, ибо вера без дел – мертва. Это – единственный способ служения Христу Распятому, а служить такому Господу – это значит царствовать в жизни вечной и властвовать над самим собой. Человек, который властвует над собой – господин всего мира. Тогда он не заботиться ни о чем и ничего не боится, кроме Бога, которому служит и которого любит. Много есть таких, что владеют городами и замками, однако если нет в них любви к добродетелям, то так как бы они ничего не имели. Не имея ни мира, ни Бога, они мертвы при жизни и после смерти.
Дорогой брат, я считаю, что без помощи света веры ты не можешь достичь совершенства. Именно поэтому я сказала тебе вначале, что жажду узреть тебя верным слугой нашего Творца. Прошу тебя теперь, дражайший брат, чтобы ты именно так и делал, то есть чтобы ты мужественно служил Богу. Это правда, что ты не можешь сделать ничего полезного для самого Бога и ничем Ему помочь. Однако Бог дал нам способ и посредника, нашего ближнего. Посему, все, что мы делаем нашему ближнему, служит славе и прославлению Имени Божьего. Различны виды служения, а среди них особенно мило Богу служение его милой Невесте. Мне кажется, брат, что именно к этой службе ты был призван. Посему, служи свободно и с любовью. Не смотря на то, служишь ли ты Церкви духовно или материально, это всегда мило Богу, только бы ты служил с учтивым и добрым намерением. Если ты так будешь поступать, Бог с благодарностью одарит тебя плодами твоего труда, давая тебе благодать уже в этой жизни, а в жизни, которая не знает конца – вечное созерцание Бога. Тогда ты также узришь в ясном и совершенном свете, без какой-либо тени, любовь и истину Вековечного Отца. Ибо теперь мы видим несовершенным способом, но потом будем созерцать все без каких-либо теней и сомнений.
Больше ничего уже не скажу. Прошу Божью благость о даре совершенного света для тебя, дорогой брат, чтобы ты мог совершенно служить. Выстой в святой и благой любви Бога. Иисусе сладостный, Иисусе любви.
Конец 1377 года
* Томас из Альвиано, кондотьер, в конце 1377, когда Джованни Акуто (см. письмо СXL) перешел на жалование к флорентийцам, принял командование над папскими войсками. Сохранилось 2 письма св. Екатерины к нему, но мало информации о самой его особе.
** В итальянском тексте используется слово: anima spirituale, заметим, что у Екатерины слово anima означает целого человека, как тело, так и душу.
Перевод: о. Ириней Погорельцев ОР
Отправить комментарий