О том, что еще происходило, когда св. Людовик жил в Альбайдской обители

5/27/2026, No Comment

Из книги о. Варфоломея Авиньоне OP, Житие св. Людовика Бертрана. Книга Первая, глава VIII (59-65).

Когда в Валенсии свирепствовала чума, жил в селе под названием Бельхида, что в половине лиги от обители св. Анны, некий знатный валенсиец по имени Херонимо Абелья, человек весьма разумный и богобоязненный, который много лет был старшим членом муниципалитета Валенсии и на других должностях служил. Каждое воскресенье и почти на все праздники он ходил в обитель св. Анны, чтобы исповедаться в своих грехах, а поскольку пользовался для этого услугами бл. Бертрана, завязал с ним искреннюю дружбу и полюбил его безмерно, будучи свидетелем его замечательного совершенства и необычайных достоинств. Наслушавшись же рассказов о его необычайном воздержании и подвиге, да и вообще об исключительной святости его жизни, Херонимо ещё глубже сблизился с ним, и стали с ним происходить дивные вещи, весьма далёкие от обыкновения. Часто он собирался было посоветоваться со слугою Божиим о своих духовных затруднениях, но прежде, чем он молвил хоть словечко, да даже, прежде чем успевал рот открыть, бл. Людовик подробнейше отвечал на все вопросы, точно бы заготовил длинную речь на эту тему. Однажды слуга Божий предрёк Абелье, что с ним случится то-то и то-то, что в точности в соответствии с предсказанием и случилось через двадцать лет; однако, что именно, Херонимо так и не захотел пояснить, поскольку дело то было личное.

Фундамент истинной любви

5/25/2026, No Comment

Письмо CCXCI, св. Екатерины Сиенской Урбану VI *

Во имя Иисуса Христа Распятого и сладостной Марии.

Дражайший Отче Святой, Отче мой во Христе, сладостном Иисусе. Я, Екатерина, слуга и невольница слуг Иисуса Христа, пишу тебе в драгоценной Крови Его, жаждая узреть тебя как доброго пастыря, который готов отдать жизнь за своих овец, пастыря, опирающегося на фундамент истинной и совершенной любви. Говорю тебе, Отче Святой, что только тот, кто опирается на фундаменте любви, готов отдать жизнь за Бога и за спасение душ, ибо нет в нем совершенно себялюбия. Человек же, которым завладело себялюбие, не хочет отдавать жизнь и не хочет даже немного потрудиться, поскольку постоянно боится за себя, то есть боится утратить жизнь тела и его утех. Все поступки такого человека – несовершенны и порочны, ибо испорчено наиважнейшее чувство, сопутствующее действию, а человек этот – будь то пастырь или верный – не имеет в себе добродетели. В то же время пастырь, опирающийся на фундаменте истинной любви, поступает совсем иначе; каждое его деяние совершенно и благо, ибо его чувства соединены с совершенной любовью Бога и включены в Нее. Он не боится ни сатану, ни какое-либо творение, но только – самого Творца. Не обращает он внимание на обвинения, насмешки, позор, подлость и соблазны мира сего, не обращает внимание на жалобы подчиненных, которые возмущаются и протестуют, когда их порицает настоятель. Отважный пастырь, вооруженный любовью, не обращает внимание на все это. Не гасит в себе также огонь святой жажды и не отвергает жемчужину справедливости, которая сверкает на его груди вместе с милосердием. Справедливость без милосердия погрузилась бы во мрак жестокости и быстро бы превратилась в несправедливость. Милосердие же в свою очередь без справедливости было бы подобно мази, приложенной к ране, которую следовало бы выжечь, а не умащивать, ибо мазь не лечит такую рану, но ее загрязняет. Только милосердие, соединенное со справедливостью, может дать прелату жизнь, а верному – здоровье, разве что оба они так продались дьяволу, что никоим образом не хотят исправляться. Если бы верный тысячу раз отказывался исправляться, то прелат не должен отказываться от призывов к его исправлению, ибо это не приносит ему никакого ущерба, даже если негодяй не слушает. Так повелевает поступать чистая и искренняя любовь, поселившаяся в сердце человека, который заботится о себе не ради самого себя, но ради Бога, и который ищет Бога ради славы Его Имени и потому, что Бог заслуживает любви за свою бесконечную благость. Этот человек заботится о ближнем не ради себя, но ради Бога и хочет сделать ближнему то, чего не может сделать Богу. Ибо он видит и понимает, что Бог может существовать без нашей помощи. Посему с огромным рвением он старается сделать что-нибудь доброе своим ближним, а прежде всего – вверенным ему верным, всегда заботясь о здравии их души и тела, не смотря на неблагодарность, угрозы или лесть. Облаченный в брачное одеяние любви, он подражает смиренному и невинному Агнцу, доброму и кроткому Пастырю, который из любви пошел на позорную крестную смерть. И все это делает из непостижимой любви ко Христу Распятому.

Прощение Ульриха и дивное пение

5/22/2026, No Comment

Из книги Кристины Эбнер О непосильном бремени благодати, Глава IV.

В то самое время, когда бегинки изучали церковное пение, основатель монастыря (речь идёт об Ульрихе Кюнигштайне, предоставившем бегинкам землю для общины) попросил наставницу сестёр, чтобы та отвела их в город Райхнек. После того бегинки пели мессу в одной из церквей — это случилось на Троицу, — благодетель пел все богослужение вместе с ними, хотя грамоте никогда не учился и не понимал, как читаются буквы. Едва подобное чудо свершилось на нем, мужчина тотчас весьма воспламенился верой и сказал: «Ах, Ульрих! Если бы даже мне было суждено прожить долгую жизнь, то и тогда я не прекратил творить чудеса для этой святой общины».

Св. Иероним Эрмосилья, епископ и мученик

5/20/2026, No Comment

Этому мученику было предназначено Богом стать главной опорой доминиканской миссии в Тонкине во время жесточайших гонений, которым подвергались христиане во Вьетнаме во времена правления императоров Минь-Манга и Ты-Дыка.

Иероним Эрмосилья родился 30 сентября 1800 года в Санто-Доминго-де-ла-Кальсада, в провинции Логроньо (Риоха), в Испании. Он был младшим из девяти детей Агустина Хулиана Эрмосильи-и-Саенса и Каталины Арансай, небогатой супружеской пары. Отец умер, когда Иерониму было 10 лет, поэтому мать, чтобы прокормить семью нанялась домработницей у священника, помощником которого был Иероним.

В возрасте 15 лет он переехал в архиепископство Валенсии, где служил его брат Мильян, и поступил в епархиальную семинарию. Там об был очарован преподававшими в семинарии профессорами-доминиканцами, и в 1819 году попросил принять его в монастырь Санто-Доминго-де-Валенсия.

В 1820 году он был вынужден прервать духовное обучение, так как был призван на службу в войска короля Фердинанда VII, и только в 1823 году, в конце «свободного трехлетия» (Испанская революция 1820-1823 гг.) возобновил послушничество в Доминиканском Ордене. Монашеские обеты он принес 29 октября 1823 года.

Он был уже суб-диаконом, когда принял решение перейти в миссионерскую Провинцию Св. Розария. В группе из одиннадцати человек из других конгрегаций, он прибыл в Манилу 2 марта 1825 года. Там он завершил учебу, был рукоположен и отслужил свою первую мессу.

Ангельский посланец (история с шоколадом)

5/18/2026, No Comment

Из книги «Удивительное житие и драгоценная смерть досточтимой сестры Розы Святой Марии из Лимы», авторства о. Леонхарда Хансена ОР. Глава ХV, Общение с ангелами-хранителями и разнообразные сражения с бесами, 200-203.

Святых ангелов Бернард* считал воистину сердцем Божиим, о чём писал в слове 12 на псалом «Живущий под кровом Всевышнего» (Пс. 90), когда отнёс слова «Обращаешь к нему сердце Своё» (Вульг. Иов. 7:17) из 7-й главы книги Иова к ангелам, посылаемым хранить людей. Для Розы ангел ей был не только хранителем, но и закадычным другом, более того: поверенным, наперсником, постоянным собеседником, дабы даже из этого она поняла, как нежно Христос обратил к ней сердце Своё. Впоследствии у девы с ангелом сложились такие доверительные отношения и тесная дружба, что она его обычно посылала вестником всякий раз, когда Жених не являлся в привычный час. Тогда она с ещё большим доверием обращалась к ангелу с составленным на своём языке стихотворением примерно следующего содержания:

Лети, эфеб небесный, Создателю скажи,

Что умереть готова я и жизнь мне уж не в жизнь.

Почему Он длит разлуку, когда Роза терпит муку,

Как можно скорей разузнай.

Попроси, пусть поспешит, небеса наклонит,

Ко мне снизойдёт, свет лица прольёт,

Ибо я от любви изнемогаю.